Второй человек партии Михаил Суслов неожиданно умер в январе 1982-го. Накануне смерти он успешно прошёл плановую диспансеризацию на лучшем оборудовании в СССР и под наблюдением лучших столичных врачей. Заключением стала рядовая фраза – готов выходить на работу. После совместного с дочерью ужина ночью Михаила Суслова разбил смертельный инсульт. Народ недоумевал: как так?

Несмотря на преклонный возраст, Суслов выглядел молодцом на фоне Брежнева и всего его окружения. А вот люди из правительственных кругов замечали, что смерть «серого кардинала» выглядела выгодной для рвущихся к власти фигур.
Суслов принципиально не пил на партийных мероприятиях.

Суслов на протяжении всего профессионального пути вызывал у приближенных симбиоз опасений и глубокого уважения. Суровый цепной пес компартии готов был перегрызть глотку любому противнику идеологии. Сам же при этом демонстрировал пример крайнего аскетизма, что для человека его круга было удивительно. После смерти товарища Сталина Михаил Андреевич, подобравшийся при вожде к вершинам власти, сделал шаг назад.

Поговаривали, что Иосиф Виссарионович всерьез видел в нем своего преемника. Но восстановив спустя несколько лет свои позиции, Суслов уже получал звезду Героя Соцтруда из рук Хрущева в канун 60-летнего юбилея. Он же зачитывал обвинения в адрес Никиты Сергеевича на заседании пленума компартии. Леонид Брежнев, сменивший на посту Хрущева, идеологией не заморачивался, отдав весь этот пласт работы Суслову на откуп. Вот тогда-то Михаил Андреевич и развернулся по полной.

Нужно заметить, что ни лицемером, ни льстецом Суслов не был ни в коей степени. Его вера в главенство коммунизма действительно приравнивалась к религиозной. Второго такого патриота в Политбюро ЦК КПСС просто не было.

Суслов не пил от слова совсем, жил в государственной квартире и пользовался исключительно государственной мебелью. Легкодоступной для него осетрине предпочитал картофельное пюре с рядовыми сосисками. Один из самых влиятельных людей Советского Союза тридцать лет носил одно и то же пальто. Как-то балагур Брежнев даже отпустил в адрес Суслова шутку прямо посреди очередного заседания, предложив коллегам скинуться Мише на новое пальто.
Суслов и Андропов (в центре).

Одной из самых загадочных историй из жизни Суслова остается его противостояние со вторым представителем высшего советского руководства Юрием Андроповым. Некоторые кремлеведы полагают, что этот процесс обозначился ближе к 80-м годам прошлого столетия, когда с началом длительной болезни Брежнева разные кланы развернули за власть подковерную борьбу. И исход, по мнению знатоков партийной кухни, был в полной власти решений как Суслова, так и Андропова. Все так, кроме сроков.

Противостояние титанов коммунизма началось раньше — в 50–60х годах. Именно в тот период теневой активист Кремля Отто Куусинен взялся усиленно продвигать на первые партийные роли Андропова, что весьма обеспокоило выдвинутого в аппарат ЦК еще Сталиным Михаила Андреевича. Он интуитивно почувствовал, что угроза исходит совсем не от нового хрущевского фаворита Леонида Ильичева, которого Суслов быстро поставил на место, организовав для этих целей в конце 1962-го поход Хрущева на художественную выставку в Манеже.

Опасность представлял набиравший обороты Андропов, который на заре 60х инициировал ряд двусмысленных инноваций в отделе по связям с соцстранами. Нелишним будет заметить, что перемещение Юрия Андропова из ЦК в КГБ в 1967 году произошло вне ведома и без одобрения Суслова.

Об этом он уже в последний момент узнал от Брежнева. Вот тогда-то и понеслось. Но пока Суслов жил и трудился, Андропов на открытый бунт против своего, пожалуй, главного соперника не решался. Борьба, безусловно, была. Но протекала она под ковром.
Брежнев привел Андропова в КГБ без ведома Суслова.

Когда состояние Брежнева поставило вопрос о преемнике, давнее соперничество активизировалось. Михаил Андреевич чего только не предпринимал, мешая шефу КГБ продвигаться к вершинам славы. Конечно, у Андропова были и иные соперники, к примеру, жалуемый Брежневым днепропетровский клан главного милиционера Щелокова. Но именно «серый кардинал» и главный идеолог партии Суслов представлял особую опасность.

О том, что Михаил Суслов был насквозь больной, большинство коллег, друзей и близких узнали уже из некролога. Внезапная смерть идеолога в стенах авторитетной Кремлевской больницы вызвала всеобщее недоумение. Журналист-историк Игорь Синицин считает, что удивление в данном случае вполне обоснованно. Несмотря на наличие кое-каких недугов в столь солидном возрасте, Суслов вполне бодро себя чувствовал буквально до последнего дня.

После ужина с дочерью в больничных палатах Михаилу Андреевичу принесли внеплановую таблетку, которую он без раздумий принял. Уже когда ему ближе к ночи резко стало плохо, возникли нестыковки с реанимобилем. Почему-то к Суслову не пустили лечащего врача, настояв на более компетентных специалистах. И охрана в учреждении, к слову, сменилась накануне рокового дня.

Смущало Синицина (и не только его) то, что кончина Михаила Андреевича случилась чуть ли не одновременно со смертью зампредседателя КГБ Семена Кузьмича Цвигуна. А незадолго до этого Суслов встречался с Цвигуном, обсуждая громкое и неудобное «бриллиантовое дело», замешанной в котором оказалась сама Галина Брежнева — дочь генсека.

Брежнев, кстати, тоже вскоре умер. И его смерть аналогично сопровождал ряд неожиданных странностей. В первую очередь, вновь, как в ситуации с Сусловым (а еще Кулаковым и Гречко), на даче генсека в ночь его кончины не оказалось квалифицированных медработников. А ведь все знали, что куда бы Брежнев ни отправлялся, в кортеже состоял автомобиль реанимации с полным штатом персонала, положенного на самые крайние случаи. Да и на даче Брежнева до того дня всегда дежурил личный врач.

от admin