Война войной, а любовь по расписанию.

Как известно, у мужиков только одно на уме. Днем и ночью. В мирное время и на войне, кстати, тоже. Вот почему в сферу обслуживания воинских частей в годы Второй мировой входили не только стрижка, глажка и готовка, но и удовлетворение половых потребностей солдат и офицеров. Пожалуй, на самую широкую ногу этот процесс был поставлен в немецкой армии.

«Публичные дома не успевают за войсками» 

Об историчности этой фразы, которую генерал Франц Гальдер якобы произнес в июле 1941-го, можно и поспорить. А впрочем, бордели, не успевавшие за наступающими дивизиями, были вполне обычным делом. Ведь дома терпимости вермахта подстроились под тактику блицкрига. 

Кроме стационарных заведений на оккупированных территориях и в тылу (последние обычно приписывали к госпиталям и санаториям), существовали и мобильные «публичные домики на колесах». Они ездили за действующей армией, обеспечивая досуг солдатам и офицерам после подвигов на поле брани.    

Дело государственной важности

Половая удовлетворенность войск в Германии считалась делом первостепенной важности. Это не только вопрос поднятия боевого духа (хотя его прежде всего), но и забота о здоровье солдат и офицеров. Скажем, от сифилиса, по некоторым данным, в вермахте страдал каждый десятый. Ну и, конечно, долгое нахождение в мужском коллективе само по себе становилось очагом гомосексуализма, который в рейхе, мягко говоря, не поощрялся.

Неудивительно, что к организации интим-услуг для солдат и офицеров немцы подходили со свойственной им педантичностью. Девушки, работавшие в военных публичных домах, считались госслужащими. Они получали зарплату, квалифицированную медпомощь, пользовались иными льготами. В военное время официальная проституция считалась далеко не самой плохой профессией. Поэтому в штате военно-полевых борделей было довольно много добровольцев (или все-таки доброволок?).

«Я бы в летчики пошел…»

Классовое разделение, оно и на фронте классовое разделение. О том, что летчикам в странах всех конфликтующих сторон полагалось более качественное питание, знают все. Но пилоты люфтваффе и в постели получали услуги наивысшего уровня. Это касалось буквально всего.

Претендентки для обслуживания госпиталей, где лечились раненые летчики и старшие офицеры, проходили самый жесткий отбор. Требования были строгие: рост не ниже 1 м 75 см, только типичная арийская внешность (светлые волосы и все такое),  хорошие манеры.

В борделях люфтваффе на каждые 20 потенциальных клиентов приходилось по одной девушке. В пехоте соотношение было совсем другим: сто к одному. Вернее, к одной. Даже сам процесс обслуживания здорово различался. После встречи с пилотом люфтваффе в комнате для свиданий обязательно меняли постельное белье. В борделях для наземных частей эту операцию проделывали лишь после каждого десятого клиента.

Орднунг, орднунг и еще раз орднунг

Порядок — это то, что отличает все немецкое. Военно-полевые бордели не исключение. Здесь строго регламентировались и расписание работы обслуживающего персонала, и поведение клиентов.

Чтобы получить доступ к телу, солдатам и офицерам сначала нужно было предъявить талон на обслуживание. В среднем в месяц каждому полагалось пять-шесть талонов. Обычно на свидание отводился час. За это время солдатику многое нужно было успеть. Перво-наперво зарегистрировать талон со своей фамилией и номером девушки, чтобы потом было куда и на кого жаловаться, если подхватил какую-то болячку. Затем служивому выдавали мыло, чистое полотенце и презервативы.