Фотосалон. Г. Екатеринбург.

День: 06.05.2021

Сахалинская аномалия: таинственный останец «Лягушка»

Одним из самых почитаемых и таинственных объектов Сахалина считается останец «Лягушка». Исследователи и туристы со всех уголков мира съезжаются к нему, чтобы своими глазами увидеть аномалии, происходящие в этой местности.

 Останец часто посещают маги и экстрасенсы. Они убеждены, что здесь открываются порталы, позволяющие проникнуть в параллельные миры.

Загадочный комплекс

Гора, манящая людей своими тайнами, получила свое название благодаря сходству с лягушкой. Действительно, ее очертания напоминают земноводное, готовящееся к прыжку. Но этот камень далеко не единственный, он входит в комплекс глыб, стоящих в ряд. Уфологии заметили сходства расположения камней и планет в Солнечной системе. По их заверениям, те, кто обойдет все камни, совершат путешествие по Вселенной и напитаются энергией космоса.

 Территория, где находится останец, давно приобрела славу аномальной зоны. Исследовательские экспедиции посещают это место с конца 80-х гг. и с тех пор внимание ученых, уфологов и экстрасенсов к ней не ослабевает.
останец Лягушка, Сахалин

Необъяснимые явления

Странности начинают происходить сразу, как только нога человека пересекает невидимую границу. Члены многих экспедиций замечают, что здесь перестают работать диктофоны. Они начинают фонить, шуметь и перестают реагировать на любые действия.

Особой популярностью у эзотериков пользуются точки выхода энергии. Возле останца их несколько. В одних местах идет наполнение земной энергетикой, в других – космической. Люди, постоявшие в таких точках, ощущают прилив сил и улучшение самочувствия.

Еще один удивительный феномен – целебные свойства реки. Кристально чистая вода Комиссаровки способна исцелить от многих недугов. Геологи нашли этому объяснение. Оказывается, по территории проходит тектонический разлом, вызывающий магнитные отклонения. Вода в таком поле сильно поляризуется и может оказывать воздействие на живые организмы.

У «Лягушки» нередко можно встретить странных существ. Уфологии убеждены, что это инопланетяне, попавшие в пространственно-временные порталы. Некоторым исследователям даже посчастливилось пообщаться со случайными гостями. Разговор проходил безмолвно и больше напоминал чтение мыслей. Он длился недолго, но оставил в памяти людей неизгладимый след.

 Ученые на протяжении многих лет пытаются найти объяснение феноменам, происходящим неподалеку от «Лягушки». Но останец пока не спешит открывать все свои тайны.
Лягушка — сахалинский сфинкс

Координаты места входа: N46° 52′ 8.21″E142° 53′ 20.38″
Расстояние от Южно-Сахалинска – 21км.

Интересных факты о Смольном институте благородных девиц

5 мая 1764 года в Петербурге было основано «Императорское воспитательное общество благородных девиц». Это было первое образовательное учреждение в России и его открытие начало эпоху реформ в области просвещения.
Во многом Смольный институт был похож на привычные нам школы. Девочки из дворянских семей поступали туда в шесть лет, а само обучение длилось двенадцать и было разделено на четыре «возраста». Девочки, в зависимости от возраста носили платья определенного цвета: самые младшие — кофейного, с 9 до 12 лет — синего, с 12 до 15 лет — голубого и с 15 до 18 — белого.

Только шесть самых лучших выпускниц ежегодно были удостоены отличительного знака — золотого вензеля с инициалами императрицы и белого банта с золотыми полосками.

Качество обучения соответствовало уровню средней школы, а не института
В первые годы после создания учебного заведения там была вполне сильная программа, она соответствовала программе женской гимназии. Особое внимание уделялось истории, арифметике, иностранным языкам, архитектуре, географии и физике.

Но потом все сместилось на уровень «декоративных» умений — танцы, пение, основные дисциплины преподавались слабо. Ученицы должны были больше уделять внимание соблюдению правил и приличий, чем оценкам, а аттестаты выдавали всем, чтобы родители не ругались, что заплатили деньги.

Ну и разумеется, в библиотеках книг было мало, учителя запрещали задавать вопросы, а уж вступать в дискуссии и отстаивать свое мнение было совершенно недопустимо. 

Физические наказания отсутствовали, но унижения были постоянными
За неряшливость, например, к платью провинившейся прикалывали рваный чулок, а за ругань вешали на шею огромный картонный язык. Еды не лишали, то во время обеда могли заставить встать. Можно было бы поесть и стоя, но это навлекло бы еще больший гнев, ведь еда стоя была уделом падших женщин и уж такое порядочная девушка вряд ли бы отмолила. 

Учениц делили на «хороших» и «плохих»
Не всем подходили жесткие условия проживания, некоторые девочки бунтовали. А «бунтом» мог считаться даже выбившийся из прически локон или громкий разговор. Таких «оторв» называли мовешками (от французского слова mauvaise — «дурной»). А те, кто вели себя идеально, были вежливыми и держали осанку назывались парфетками (parfaite — «совершенный»).

Встречаться с родными вредно
Переписка с родными и поездки к ним были строго регламентированы. Воспитанниц неохотно отпускали домой, им разрешалось только принимать родных в стенах учебного заведения и только под присмотром воспитателей.

Письма строго цензурировались и написать то, что хочется, можно было только если подружиться с горничной и заплатить ей. В некоторых институтах невозможность забрать воспитанницу домой прописывалась в договоре и нужна была очень веская причина, чтобы это произошло.

Но даже скучать по дому и по прошлой жизни было нельзя. Это высмеивалось старшим воспитанницами и преподавателями и новенькие ученицы сначала быстро учились скрывать свои чувства, а потом у них не оставалось ничего кроме института и тех, кто там живет. 
Развлечений почти никаких, а условия жизни очень суровы
За стенами института девочек могли за глаза называть «неженками», но они содержались в очень даже спартанских условиях — в дортуарах температура часто была 12–16°С, а одеяла были тонкими, выспаться не удавалось. Подъем был в шесть утра, девочки умывались ледяной водой, молились, скромно завтракали и шли на уроки.

Гуляли девочки строго по расписанию на территории институтов. Иногда их выводили в Таврический сад, предварительно закрыв его для посещения другими посетителями. Во время зимы двор застилали досками и ходить можно было только по ним, чтобы не принести грязи в помещение.

Воспитанницы беседовали друг с другом и вели дневники, но более интересного чтения не было. Книги только из программы, да и из тех удалялись отрывки, которые «могли смутить юные умы». А вырезанные фрагменты собирались в отдельную книгу и ее могли купит выпускницы. Воспитанницы мечтали о ней.

 «Обожание» как смысл жизни
Запертые от внешнего мира девицы не могли испытывать яркие эмоции. А потребность в них была, поэтому девочки постоянно кого-то «обожали». Предметом могла стать старшая ученица, учитель, даже священник. Обожаемый должен был быть немного постарше в школьной иерархии. За его здоровье молились, дарили подарочки, делали мелкие услуги.

Но какие подростки без страданий — «страдая за свою любовь» девочки могли мыло съесть, выцарапать инициалы предмета на руке. И любовь была высокой, платонической — если учитель объявлял, например, о своей женитьбе, то «обожали» и его невесту тоже, заочно. А уж когда в институт приезжали высокопоставленные чиновники или сам государь, то истерика доходила до предела. Сохранялись кусочки со стола царя, а уж если удалось добыть его платок, то его резали на мелкие кусочки на всех и бережно хранили на груди.

В преподавателях были некрасивые мужчины и незамужние женщины
Обязательное условие работы в институте благородных девиц — отсутствие мужа. Но при этом такой статус очень негативно отражался на характере классных дам, ведь в те времена женщина-одиночка считалась второсортной и презиралась обществом. Воспитанницам было нелегко, классные дамы отыгрывались на них и наказывали за малейшие проступки.

Мужчин брали на работу неохотно, чтобы не искушать юных девушек. Лучшим вариантом был пожилой женатый мужчина с каким-нибудь физическим недугом или же внешним дефектом. Но ученицы все равно обожали их, потому что в институте была традиция иметь объект поклонения.

Среди выпускниц много известных на весь мир
Например, первая женщина-дипломат Дарья Ливен, арфистка Ксения Эрдели, первая русская женщина-воздухоплаватель Прасковья Гагарина, любимая Максима Горького Мария Закревская-Бенкендорф-Будберг.

Но они такими стали скорее не благодаря Смольному институту, а вопреки ему. 

Девочки выходили в жизнь совершенно к ней не приспособленные
У них наступала настоящая паника. Многие из них не блистали здоровьем — физических упражнений было мало, а питание было крайне ограниченным.

За годы обучения связь с родными истончалась, все вокруг казались врагами, а ведь нужно было выполнять самые банальные вещи — в магазин ходить, ориентироваться в городе, платить слугам.

«Оставалось только сделать инфантильность своей изюминкой: невинно хлопать глазами и говорить трогательным детским голоском. Любители спасти „невинное дитя“ находились». Елизавета Водовозова. «Дневники смолянки. Воспоминания об институтских нравах»

В Лас-Вегасе задержали «ведьму», которая держала бордель и запугивала жертв тем, что знает черную магию

Полиция Лас-Вегаса задержала ведьму. Настолько настоящую, насколько это вообще возможно в мире, где не существует магии. 30-летнюю Жасмин Руссо-Мартинес поймали в 20 апреля во время рейда по нелегальным борделям округа Кларк. Ее обвиняют в продаже людей и принуждении к проституции. Фактически она была рабовладельцем. Причем своих жертв она запугивала с помощью черной магии.
В коморке, оборудованной под бордель, полицейские увидели кровавые разводы на стенах и святилища, политые кровью животных

Кроме Мартинес в лупанарии нашли трех измученных женщин, которые были у нее в плену. Она обращалась с ними как с рабынями, использовала для заработка, приводя мужчин и считала себя их хозяйкой. Помимо жестокого обращения, она сломила психику жертвам используя их боязнь сверхъестественного. Женщины были суеверны, а Жасмин умело разыгрывала из себя ведьму и культистку (либо сама верила в то, что ей является).

Песнопения культа Пало-Майомбе
 
Мартинес приводила в бордель некоего жреца (вуду либо культа Пало-Майомбе), который проводил «освящение бизнеса». Сама она приносила в жертву животных и поливала их кровью алтари, устраивая ритуалы. Женщины, которых она держала в плену, были уверены, что стоит им сбежать — и «ведьма» нашлет проклятье на них и их семьи и все равно выследит их с помощью черной магии.
 
Новость, конечно, ужасная. Но, какой бы циничной манипуляторшей ни была Мартинес, всего этого могло бы не случиться, если бы ее жертвы не были воспитаны на суевериях.